О ВОИНАХ – ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТАХ … И НЕ ТОЛЬКО

Своя война Аркадия Таирова

Эта война длилась 9 лет, один месяц и 19 дней. И она стоила жизни почти 15 тысячам советских солдат. Афганистан… О нем написаны тысячи и тысячи страниц – в СССР, России и странах СНГ, на Западе. Подняты колоссальные массивы архивных документов. Опрошено множество свидетелей. Восстановлены едва ли не пошагово все события. Среди калужан немало тех, кто исполнял свой воинский и интернациональный долг, участвуя в этих событиях. В нашем городе проживает более 900 бывших военнослужащих, проходивших службу в Афгане, в том числе 19 инвалидов боевых действий.

Разные судьбы, разные характеры. Накануне тридцатилетия вывода советских войск из Афганистана мы побеседовали с одним из тех, кто там побывал. Аркадий Владимирович Таиров – боевой офицер, ныне член Всероссийской общественной организации ветеранов «Боевое братство», не слишком словоохотлив, когда его просят рассказать о той войне. Его война началась неожиданно, как это обычно и бывает. Аркадий Таиров, молодой офицер, служил в 17-й гвардейской мотострелковой дивизии в городе Хмельницкий на должности заместителя командира батальона по вооружению, когда ему предложили отправиться для продолжения службы в Демократическую Республику Афганистан.

– Сразу согласились отправиться туда?

– Никто согласия и не спрашивал, да и произошло все как-то стремительно. Сначала – в штаб округа во Львов, потом в Ташкент, а оттуда уже на пересыльный пункт в Кабул. Интересно то, что до непосредственного места службы в Газни пришлось добираться, можно сказать, автостопом, самостоятельно подыскивая попутный вертолет. С апреля 1984 года я – заместитель командира танкового батальона

по вооружению. Прибыл туда капитаном и уже позднее получил звание майора.

191-й отдельный мотострелковый полк армейского подчинения, куда входило и наше подразделение, находился под командованием

легендарного генерал-лейтенанта Льва Рохлина, дважды раненного в боях. На одном месте эта часть войск находилась очень мало, в основном только для участия в крупных военных операциях – Панджшерской, Джелалабадской… Объехалипрактически весь Афганистан.

Непосредственно боевые действия длились от одного до трех месяцев, затем – возвращение на «зимние квартиры» на две-три недели, чтобы отдохнуть, привести себя и технику в порядок. Затем новая команда, и – вперед… И так в течение всего срока службы в Афгане – два года и четыре месяца. В общих словах: в задачу входило сопровождение колонн и, конечно, сами боевые действия… Часто приходилось восстанавливать технику под обстрелом.

– Осталось что-то в памяти реально страшное?

– Знаете, честно говоря, я даже не сразу решился на интервью для газеты, чтобы не вспоминать, не рассказывать… Насмотрелся многого.

Когда я вернулся на родину, я полгода спать не мог… Да и то, что не связано, казалось бы, напрямую с жизнью и смертью, было не для слабонервных. Представьте, огромная нескончаемая колонна колесной и гусеничной техники движется по серпантину… У танка половина гусеницы свешивается над пропастью, механик-водитель жмется к скале, высекая корпусом снопы искр… Ювелирная работа по вождению танка… Если какаято машина выходила из строя, даже в результате банальной поломки, и если восстановить ее работоспособность было невозможно или же это заняло бы слишком много времени, ее просто сбрасывали в ущелье, освобождая дорогу для всей колонны.

– Задавались ли вы тогда вопросом: для чего все это, за что мы платим такую дорогую цену?

– Офицеры и коммунисты иначе воспитаны, мы о многом имели совсем иные понятия, нежели сегодняшние. О чести и о долге, кстати, тоже. Конечно, у многих возникали вопросы и сомнения… Но говорили об этом вполголоса. – Оставила ли война свой след в вашем характере, натуре?

Можно ли сказать, что вы вернулись другим человеком?

– Об этом не мне судить. Такое лучше видно со стороны. Нервы ведь не железные. Вспоминаю, как прилетали «борты» на запасной аэродром в Ташкенте, выходили солдаты, офицеры и целовали взлетную полосу… Да, так случалось не со всеми – люди разные, у всех свои судьбы, свои выполненные боевые задачи за плечами, кому что досталось… У каждого там была своя война. У меня – своя.

– Нынешний курс на укрепление контрактной службы в армии, перевод армии на профессиональные рельсы – оправдано ли это? Есть ли такое будущее у нашей армии?

– Я считаю, что армия обязательно должна быть профессиональной. Это непростое дело – быть военным. Службе нужно посвятить всю жизнь.

– А если нынешним молодым контрактникам выпадет жребий принять участие в боевых действиях, реальных и масштабных?

– Не дай Бог! Какими бы умелыми они ни были – не дай Бог!

Сергей Гришунов

[свернуть]